Последнее время творческая работа продвигается с какой-то фантастической скоростью. Я пишу стихи когда каждый день - а когда и по три с половиной в день, с разницей в несколько минут, не успевая прийти в себя.
Это сложно.
Это очень эмоционально затратно.
Я веду очень эмоционально затратную жизнь.
"Эмпатия, человечность, сочувствие, катарсис, страдание очищает" - все это в каждой ноте. Только закончилась неделя запредельной усталости и апатии, как снова началось безумное энтропийное расточительство.
И самое сложное - то, что я не могу иначе.
В моих приоритетах искусство _действительно_ стоит превыше всего, причем искусство - это вовсе не разрядка и развлечение. Это огромное землетрясение; каждый стишоч - гибель Помпеи по уровню эмоциональной отдачи.
Искусство превыше всего.
Сейчас я - существо идеальное с точки зрения той меня, которая хочет оставить след в мировой культуре... но катастрофически нежизнеспособная человеческая особь с точки зрения спокойной учебы, планов и жизни в комфорте.
А результаты нужны не только в "сфере искусства". Логичным выводом: распределять силы, стараться, давать себе отдых - но невозможно. Когда сквозь тебя проносится бешеный товарный поезд словесных метаморфоз, ты не можешь сделать вид, что его не заметил. Это предательство. Это измена искусству.
(Не то чтобы я всерьёз настолько самонадеянна, чтобы называть искусством всё, что я делаю. Будем считать, что это часть сценического образа. А что за этим скрыто на самом деле - оставим загадкой для современной науки).
Я устаю чертовски. Раньше меня просыпается моя головная боль. Моё тотемное животное - Понтий Пилат.
Я веду очень эмоционально затратную жизнь.
И горькое в том, что это не то, от чего я могла бы отказаться. Да, это делает мое существование невероятно тяжелым, непонятным для многих, логически необъяснимым. Но это одновременно и высший мой смысл.
Поэтому идеальным персонажем медиа-культуры мне сложно быть: здесь все зависит от внезапных девятибалльных цунами. Я понимаю, что большое количество стихов (равно как их отсутствие) нехорошо для читателя. Но я слишком устаю от пропускания через себя скоростных поездов, чтобы думать еще и о том, как грамотно распределять материалы для паблика.
(Вообще-то я не собиралась писать заметку. Хотела просто вслух удивиться тому, что со мной происходит - и извиниться за эпоху фейерверков. А получилась заметка. Потому что слов в моей голове в любом случае намного больше, чем "scripta manet": сколько бы я ни писала - все равно не могу охватить. Но если совсем не писать - тогда и вовсе не будет меня).
На этой сумбурной ноте я завершаю повествование. Пойдемте смотреть на мои сверхскорые поезда.
Это сложно.
Это очень эмоционально затратно.
Я веду очень эмоционально затратную жизнь.
"Эмпатия, человечность, сочувствие, катарсис, страдание очищает" - все это в каждой ноте. Только закончилась неделя запредельной усталости и апатии, как снова началось безумное энтропийное расточительство.
И самое сложное - то, что я не могу иначе.
В моих приоритетах искусство _действительно_ стоит превыше всего, причем искусство - это вовсе не разрядка и развлечение. Это огромное землетрясение; каждый стишоч - гибель Помпеи по уровню эмоциональной отдачи.
Искусство превыше всего.
Сейчас я - существо идеальное с точки зрения той меня, которая хочет оставить след в мировой культуре... но катастрофически нежизнеспособная человеческая особь с точки зрения спокойной учебы, планов и жизни в комфорте.
А результаты нужны не только в "сфере искусства". Логичным выводом: распределять силы, стараться, давать себе отдых - но невозможно. Когда сквозь тебя проносится бешеный товарный поезд словесных метаморфоз, ты не можешь сделать вид, что его не заметил. Это предательство. Это измена искусству.
(Не то чтобы я всерьёз настолько самонадеянна, чтобы называть искусством всё, что я делаю. Будем считать, что это часть сценического образа. А что за этим скрыто на самом деле - оставим загадкой для современной науки).
Я устаю чертовски. Раньше меня просыпается моя головная боль. Моё тотемное животное - Понтий Пилат.
Я веду очень эмоционально затратную жизнь.
И горькое в том, что это не то, от чего я могла бы отказаться. Да, это делает мое существование невероятно тяжелым, непонятным для многих, логически необъяснимым. Но это одновременно и высший мой смысл.
Поэтому идеальным персонажем медиа-культуры мне сложно быть: здесь все зависит от внезапных девятибалльных цунами. Я понимаю, что большое количество стихов (равно как их отсутствие) нехорошо для читателя. Но я слишком устаю от пропускания через себя скоростных поездов, чтобы думать еще и о том, как грамотно распределять материалы для паблика.
(Вообще-то я не собиралась писать заметку. Хотела просто вслух удивиться тому, что со мной происходит - и извиниться за эпоху фейерверков. А получилась заметка. Потому что слов в моей голове в любом случае намного больше, чем "scripta manet": сколько бы я ни писала - все равно не могу охватить. Но если совсем не писать - тогда и вовсе не будет меня).
На этой сумбурной ноте я завершаю повествование. Пойдемте смотреть на мои сверхскорые поезда.
Комментариев нет:
Отправить комментарий