За окном шепчется, стучится дождь. Будто просит, чтобы его впустили,или же наоборот зовет с собой. Если бы не было так холодно и темно на улице, я бы распахнула окно пошире, приглашая его шуршание в комнату. А пока оно лишь немного приоткрыто, и стало уже слишком прохладно, но я не могу пересилить себя и заставить дождь не звучать для меня, отрезав его от комнаты полностью, просто закрыв окно.
Если бы я все-таки решилась подойти и заговорить с ним, наверное я бы сказала:
- А мне очень приятно видеть Вас снова. Не правда ли, долгая была зима? Подумать только, ведь мы не виделись больше трех месяцев!... Ах, что же Вы стоите, проходите, попьем чаю.
Жаль, что дождь такой скромный. Он, скорее всего по привычке, остался бы по ту сторону стекла в ответ на мое приглашение. А я бы все равно села у окна, с какой-нибудь толстой тетрадью со строками или рисованием, и чашкой горячего зеленого чая. Так бы мы и молчали вместе, дождь и я, привыкшие к близости друг друга, будто друг другом прирученные.
А потом он бы так же неслышно ушел, как делал это уже в сотни и тысячи вечеров. Все такой же дождь с длинноватыми волосами, в пепельном пальто. С чем-то особенным в глубоких серых глазах.
Если бы я все-таки решилась подойти и заговорить с ним, наверное я бы сказала:
- А мне очень приятно видеть Вас снова. Не правда ли, долгая была зима? Подумать только, ведь мы не виделись больше трех месяцев!... Ах, что же Вы стоите, проходите, попьем чаю.
Жаль, что дождь такой скромный. Он, скорее всего по привычке, остался бы по ту сторону стекла в ответ на мое приглашение. А я бы все равно села у окна, с какой-нибудь толстой тетрадью со строками или рисованием, и чашкой горячего зеленого чая. Так бы мы и молчали вместе, дождь и я, привыкшие к близости друг друга, будто друг другом прирученные.
А потом он бы так же неслышно ушел, как делал это уже в сотни и тысячи вечеров. Все такой же дождь с длинноватыми волосами, в пепельном пальто. С чем-то особенным в глубоких серых глазах.
