Суть

На уроке английского нас ругают за то, что мы не смотрим новости. А если я не хочу? Разве я не могу сделать такой выбор? Это своеобразное средство защиты. Я не хочу знать о том, что происходит в мире - в Москве опять терракт, пятеро погибло, а где-то кто-то что-то взрывает, и гибнут миллионы, и нам снова грозит война со всех сторон. Позвольте мне этого не слышать. Я знаю о мире достаточно, чтобы его любить, и не хочу знать столько, чтобы бояться каждого шага в нем. Нет, я не говорю, что намеренно неосторожна...
Люди говорят, что любят старые фотографии, где они вместе с дорогими людьми, и нет дела до их качества и того, кто и как получился. А для меня такое значение имеют рисунки, на которых теплые моменты и важные люди. Такие картинки получаются особенно яркими, в каких бы цветах они ни были. И помнишь и видишь, что каждая линия, каждая черточка сделана с памятью о тех мгновениях и любовью. Это так важно для меня.
Говорят, книги впитывают в себя воспоминания, и открыв её снова, ты ощутишь себя там, где читал её в прошлый раз. Каждый рисунок обладает такими же свойствами, сохраняя ту атмосферу, мое настроение в момент, когда они были нарисованы, даже случайные мысли. Время и место, и то, что происходило вокруг меня - все запечатлено на цветной странице. Я хотела бы так хранить блокнотами всю свою жизнь.
Люди спорят о религиях, а я и сама не могу понять до конца. В голове - теории устройства Вселенной. Пространств множество, и все - совершенны, главное - суметь это увидеть. Важны только души, и у каждой есть существо-Хранитель, вечно-светлое несломимое Я, знающее ответы на все вопросы - нужно только спрашивать. У Вселенной, может, тоже есть такой же.
Если хочешь понимать человека, не слушай то, что он говорит - читай мелочи. Слова могут скрыть что угодно; а в мелочах души, вроде деталей в строках стихов и на рисунках, фраз, оброненных случайно и коротких взглядах скрывается целый мир.
Есть вещи, которые я не хочу принимать. В этом моя слабость? Судите сами, но что-то лучше не подпускать к себе. Я не хочу не верить в чудеса и считать, что мы ничего не можем изменить. Что человечество вконец потеряло путь, и тебя растопчут, если ты пойдешь иначе, наивно и к свету. Нельзя, нельзя давать себя ломать... Но не защита от этого - ограждать стенами сердце.
Я не стараюсь принимать мой "выдуманный мир" как единственно верный и идеальный, как решают делать многие, убегая от реальности.
У каждого человека должно быть что-то светлое, счастливое, к чему и ради чего он может стремиться, и не важно, где он находит этот маяк - в своих мечтах, в книгах, или в знакомых людях. Если это что-то вырывают у вас из рук... Нужно, нужно быть достаточно сильными, чтобы продолжить идти к цели без него. Нельзя, нельзя сдаваться, и ты встретишь свое важное что-то вновь. 

Вальс

Наша жизнь похожа на безумный вальс с удивительными и непредсказуемыми модуляциями из мажора в минор. Едва лишь заслышав первые приглушенные аккорды мелодии, мы начинаем танец - пара робких шагов, - влево-назад-поворот, раз-два-три, раз-два-три... Мы кружимся осторожно, мягко наступая на блестящий паркет, и с каждым движением становимся уверенней, не боясь выполнять грациозные па быстрей и быстрей. Сквозь окна огромного зала мелькают образы, порой повторяясь, но так велик зал, что мы не можем запомнить все картины. Нам навстречу летят разные предметы и, не останавливаясь, мы примеряем их на себя, оставляя полюбившиеся шлейфы и маски... Мы кружимся соло, проносясь мимо разных людей, устремленных, нерешительных, страстно-грациозных и нежных - все захвачены безумным жизненным вальсом. Мы кружимся соло, и кому-то при встрече порой едва успеваем делать приветственные реверансы, а с кем-то задерживаемся чуть дольше. Но пары кругов по лакированному паркету бывает достаточно, чтобы разглядеть в случайном человеке своего партнера - ведь каждому в этом Вальсе кто-то предназначен. Мелодия продолжает вести и звать, остановиться невозможно даже чтобы передохнуть. А каждый круг после той встречи наполнен смыслом поиска друг друга, и пересечения наполнены искрами притяжения. Кружиться вместе - счастье; счастье - двигаться по своей линии танца... Счастье, неукротимое счастье этот прекрасный жизненный вальс!

Стёкла.

Внешность - она как стекло. За стеклом мы видим мир, какой он есть, так? "Но ведь внешность порой бывает обманчива, и мы видим совсем не то, что должны!" - скажете вы. А я скажу, что стекла бывают и цветные, и грязные... Причем "грязным стеклом" не обязательно может быть внешность неопрятного человека - подобно грязному окну, за которым мы не можем разглядеть мир, за грязным стеклом мы порой не можем увидеть души. А цветные - цветные стекла придают оттенок, они показывают нам мир - но искаженно, возможно, красивее, чем он есть. Так, как этот человек хотел бы себя показать... Мы видим розовые деревья и фиолетовые травы сквозь малиновое стекло, и нельзя сказать однозначно, плохо это, или хорошо. А может быть, "стекло" - даже не внешность, а образ человека, его амплуа, а кому-то - даже броня. Чьи-то "окна" начищены до блеска, озаряя и отражая их сердца и души, готовые дать заглянуть в них и что-то понять.... Каждый красит свое стекло сам, в некоторых мы можем увидеть промелькнувшее отражение нас, и о чем-то задуматься...
Не правда ли, люди чем-то похожи на стекла?

Сны.

Что мы привыкли называть снами? Говорят, это зеркало нашей действительности, что отражает и тревоги, и скрытые помыслы. Но ведь это не более, чем просто вымысел красивых образов, исчезающий с рассветом со страниц нашей памяти, верно? Или же несколько иначе? Какое светло-печальное чувство увлекает сердце, когда мы просыпаемся после очередной прекрасной истории. Но видения растворяются безвозвратно, обволакивая туманом, не дающим помнить подробности. Какой грубой и безвкусной после этого кажется порой реальность! Сны тяжело запоминать, ведь краски и образы растворяются быстротечно, а попытки облечь их в слова опускают и обмирщают оставшиеся смыслы... В ночных странствиях мы можем быть рядом с людьми, от которых отделен чертой городов каждый день. А как странно встретить недавно увиденную зарисовку в одной из знакомых песен, о которых тогда еще не знал...

Мне снятся красивые сны. Я часто летаю, как правило, без крыльев, и зависит это только от того, насколько я могу представить себе полет даже в самый сумбурный момент, сконцентрироваться на этом, поверить... И вдруг я уже ловлю на расправленных руках потоки стремительного воздуха. Какое же это счастье... Восторг, упоение, восхитительное замирание сердца и сладкое щемление от вкушения момента... А однажды мне снилось, как выйдя случайно из школы, я встретила на площадке перед ней любимого человека, который, скажем, приехал по обмену - чего только не происходит во снах... И его друзей, об историях с которыми мне не раз доводилось слышать... А потом мы запускали в небо звезды. Или загадывали желание на те, что слетали нам прямо в руки... Я загадывала желание на падающую звезду однажды в жизни, и хорошо запомнила ощущение. Не видишь смысла облекать свою просьбу к небесам в слова, ведь она и так настолько близка, что, кажется, сгустком искр и света летает в воздухе около твоего сердца... А потом я услышала в одной из песен Флер: "...предчувствуя падение еще одной звезды я прикасаюсь к тебе во сне..."
А знаете... Кто сказал, что сны - всего лишь сны? Кто установил, что реальность, а что - вымысел? Почему пространство снов не может оказаться ни больше ни меньше просто иным пространством, происходящее где настолько же серьезно и влияет на мир действительности? Как многое мы можем там понять... И многое совершить, случайно узнав в поступках жизни кадр "несуществующего" странствия... Знаете, мне нравится в это верить. Может, не до конца серьезно, но... Сны слишком прекрасны, чтобы ничего не значить...

Цейтнот.

Цейтнот. Я недавно узнала это слово из песни. Оно означает невероятную нехватку времени, всегда и ни на что. Вот так и в моей жизни - цейтнот, вечный. Это похоже на бег к горизонту: с какой бы скоростью ты ни летел, как долго бы ни был в пути, ты все равно не достигнешь этой призрачно-тонкой линии, такой прекрасной и по-прежнему далекой. И нет таких сил и средств, чтобы разорвать нити, не дающие тебе из этого цейтнота выбраться, до этого горизонта добраться. Но бежать все равно будешь, покуда хватит дыхания и надежды. И вдруг бессильно упадешь, в момент сломавшись от усталости. И тогда-то он и навалится на тебя всей своей мощью - цейтнот, горизонт - насмешливо-высокий, удушливый, как небо перед началом страшной бури... Начнешь бежать заново, готовый в этот раз несомненно преодолеть преграду -с новыми силами, с новыми крыльями, с ветром попутным... И пока есть чем дышать, пока легкие не пульсируют болезненно при каждой порции воздуха, путь будет казаться возможным. Но после - вновь гроза, вновь это торжество цунами-цейтнота, цейтнота-тайфуна.
Цейтнот. Похоже на заклинание, очерчивающее замкнутый круг, спутывающий действия и мысли. И есть ли слово, способное ему противостоять?
Слова нет.
Но должны быть
силы.

Персонаж

Я всего лишь персонаж.

Персонаж твоих снов и немножечко – мыслей.

Почему тогда я могу мыслить и чувствовать?

Я всего лишь персонаж.

Персонаж твоих снов и немножечко – мыслей.

И, может, еще и твоей случайной книги… Но там я все равно другой. Картинный и вымышленный. Отчасти чуть более прямой и понятный – людям и даже самому себе.

Я всего лишь персонаж.

Персонаж твоих снов и немножечко – мыслей.

Но ты знаешь, как я держу чашку и сколько оставляю недопитого чая, чтобы не так грустно было продолжать вечерний разговор. В твоих снах и мыслях я порой и сам себя не знаю: что да как, и каким я буду на этот раз. Что скажу, буду ли вежливым, а может, усталым от ветров или потерявшим путь.

Я всего лишь персонаж твоих снов и немножечко – мыслей.

Почему же тогда я могу мыслить и чувствовать?

Почему мне больно расставаться? На день и утро, на время других идей. На главу, - что там ведь, я уже и на книгу согласен.

Хоть я порой рисую твоими же красками, говорю твоими любимыми строчками, потому что всего лишь персонаж, твоих снов, мыслей, книг, сумасшествия, чего угодно…

Но ты ведь не знаешь.

Что бывает с персонажами.

Когда их хоть на миг покидают творцы.

Волшебство цветных карандашей.

Сегодня мои карандаши окончательно потеряли цвет. Просто поблекли, будто позабыв яркость и тепло. Знаете, как у Брэдбери в "Вине из одуванчиков" - новые теннисные туфли, которые в начале лета несут, подобно крыльям, а в августе, после трех месяцев куда-то теряется их волшебство, и вновь земля под ногами становится тяжелой. Просто вдруг штрихи потеряли резкость и блеск, а мягкость переходов превратилась в шипящее смешение... Просто нарисованные глаза перестали смотреть приветливо, а нарисованные герои так и застыли на своих листах. Это грустно, и я не знаю, чем это лечат... И где найти мне новое волшебство для рисунков.